глоссарий по международному уголовному праву

Глоссарий по международному праву

Агреман – согласие правительства принимающего государства на назначение оп­ределённого лица в качестве дипломатического представителя аккредитующего го­сударства.

Агрессия – применение государством вооружённой силы против суверенитета, территориальной неприкосновенности или политической независимости другого государства или каким либо иным образом, не совместимым с Уставом ООН.

Аккламация – встречающийся в практике международных организаций и конфе­ренций метод принятия решений без проведения голосования на основе реакции участников, выражаемой воз­гласами, репликами, аплодисментами и т.д.

Аккредитование– процесс назначения дипломатического представителя.

Альтернат – правило, согласно которому в экземпляре международного договора, предназначен­ного для подписания данной договаривающейся стороной, наимено­вание стороны, подписи уполномоченных, печати, а также сам текст договора на языке данной договаривающейся сто­роны помещаются на первом месте.

Беженцы – лица, покинувшие страну, в которой они постоянно проживали, в ре­зультате пресле­дований, военных действий или иных чрезвычайных обстоятельств.

Гарантии международные – один из способов обеспечения соблюдения норм ме­ждународного права и выполнения международных обязательств. Форма международных гарантий. Коллектив­ные международные гарантии. Односторонние международные гарантии.

Геноцид– действия, совершаемые с целью уничтожить, полностью или частично, какую-нибудь национальную, этническую, расовую или религиозную группу.

Делимитация границы – определение общего направления линии границы между государствами путем переговоров.

Демаркация границы – проведение государственной границы на местности с обозначением её специальными пограничными знаками.

Денонсация– надлежащим образом оформленный отказ государства от заключённого им между­народного договора; наиболее распространённый способ правомерного прекращения действия международного договора.

Депозитарий– одно или несколько государств, международная организация или главное админи­стративное должностное лицо такой организации, хранящие подлинники международного мно­гостороннего договора и всех относящихся к нему документов.

Депонирование– передача на хранение депозитарию подлинника международного договора, ратификационной грамоты, документов о принятии, утверждении договора, присоединении к до­говору или других относящихся к нему документов.

Записка памятная – один из видов документов дипломатической переписки.

Инкорпорация(в международном праве) – один из видов систематизации норм международного права; объединение и расположение международно-правовых норм без изменения их существа в отдельных сборниках в хронологическом, алфавитном, тематическом или ином порядке.

Интернирование – особый режим ограничения свободы, устанавливаемый одной воюющей сто­роной в отношении гражданских лиц другой стороны или нейтральным государством в отноше­нии оказавшихся на его территории военнослужащих воюющих сторон.

Интернунций – дипломатический представитель Ватикана, аккредитуемый при главах госу­дарств.

Комбатанты– лица, входящие в состав вооружённых сил воюющей стороны и имеющие право принимать непосредственное участие в боевых действиях.

Комиссии следственные и комиссии согласительные – международные органы, создаваемые го­сударствами в целях мирного разрешения международных споров.

Коммюнике– официальное сообщение о ходе или результатах международных переговоров, о состоявшемся международном соглашении.

Кондоминиум – совладение, совместное осуществление верховной власти над одной и той же территорией двумя или несколькими государствами.

Конкордат – специальный договор, соглашение между папой римским как главой католической церкви и правительством того или иного государства.

Консенсус – процедура, метод принятия решений в международных организациях и на междуна­родных конференциях и совещаниях без проведения голосования и при отсутствии формальных возражений со стороны любого из участников против принятия решения в целом.

Корпус дипломатический – совокупность глав иностранных дипломатических представительств, аккредитованных в данной стране.

Корпус консульский – главы консульских учреждений, находящиеся в каком-либо пункте госу­дарства пребывания; все консульские должностные лица иностранных консульских учреждений в данном пункте, а также члены их семей.

Миссия дипломатическая – дипломатическое представительство, возглавляемое посланником или поверенным в делах; представитель или делегация, направленные для выполнения специаль­ного разового дипломатического поручения своего правительства.

Мораторий – договоренность субъектов международного права об отсрочке или воздержании от каких-либо действий на определённый или неопределённый срок.

Натурализация – представление государством своего гражданства иностранцу или лицу без граж­данства.

Нейтралитет постоянный – международно-правовой статус государства, в соответствии с кото­рым оно обязано не участвовать в вооружённых конфликтах, могущих возникать между другими государствами, не входить в военные союзы и блоки, не предоставлять свою территорию для ино­странных войск и военных баз.

Нота дипломатическая – вид документа дипломатической переписки.

Нотификация– распространённое в дипломатической и договорной практике официальное уве­домление.

Нунций– дипломатический представитель папы римского в государствах, с которыми Ватикан имеет дипломатические отношения.

Оговорка – одностороннее официальное заявление государства при подписании, ратификации, принятии или утверждении международного договора или присоединении к нему, посредством которого государство желает исключить или изменить юридическое действие определённых по­ложений договора в применении к данному государству.

Округ консульский – территория государства пребывания, в пределах которой консульские должностные лица выполняют консульские функции.

Парафирование– предварительное подписание международного договора инициалами полномоч­ных представителей каждой из договаривающихся сторон в знак согласия с текстом договора или один из способов установления аутентичности текста договора.

Полномочия – документ, свидетельствующий о праве указанного в нём лица или лиц вести пере­говоры, подписать международный договор, участвовать в конференции, представлять государ­ство в международной межправительственной организации.

Преступленияпротив мира и человечества – тягчайшие международно-противоправные деяния, создающие угрозу международному миру и безопасности, а также посягающие на иные жизненно важные основы мира и свободного развития государств и народов.

Преступления против человечности – убийства и иные злодеяния, совершенные в отношении гражданского населения; расизм, геноцид, апартеид; все формы колониализма.

Признание международно-правовое – признание государствами государств или правительств или других дестинаторов признания в целях установления с ними официальных или неофициальных, полных или неполных, временных или постоянных отношений.

Пролонгация – продление срока действия международного договора.

Промульгация – обнародование международного договора внутри страны; как правило, осущест­вляется путем его опубликования.

Протокол дипломатический – совокупность общепринятых правил, традиций и условностей, со­блюдаемых правительствами, ведомствами иностранных дел, дипломатическими представитель­ствами и официальными лицами в международном общении.

Ратификация – утверждение высшим органом государственной власти международного договора, подписанного от имени данного государства или его правительства полномочным представите­лем.

Редемаркация границы – совместная проверка и, в случае необходимости, восстановление на ме­стности демаркированной линии государственной границы, восстановление или замена разру­шенных и установка новых пограничных знаков, осуществляемая сопредельными государствами на основе действующих между ними соглашений.

Резолюция– вид решений, принимаемых международной конференцией или органом межправи­тельственной организации; как правило, носит характер рекомендаций.

Репарация – форма материальной ответственности субъектов международного права за ущерб, причинённый в результате совершённого ими международного правонарушения другому субъ­екту международного права.

Репатриация– возвращение в страну гражданства, постоянного проживания или происхождения лиц, оказавшихся в силу различных обстоятельств на территории других государств.

Репрессалии– правомерные принудительные действия государства, предпринимаемые в ответ на наносящие ему моральный или материальный ущерб действия другого государства, осуществ­ляемые последним в нарушение норм международного права.

Реституция – одна из форм материальной ответственности субъектов международного права, вы­ражающаяся в возмещении материального ущерба, возникшего в результате неправомерного акта, посредством восстановления состояния, существовавшего до его совершения.

Реторсии– не связанные с использованием вооружённых сил правомерные принудительные меры, принимаемые государством в ответ на нанесший ему моральный или материальный ущерб недружественный, но не нарушающий норм международного права акт другого государства.

Санкции в международном праве – один из структурных элементов норм международного права; принудительные меры по Уставу ООН; формы международно-правовой ответственности.

Соглашение джентльменское – принятое в международной практике название договора, заклю­чённого в устной форме.

Источник

Международное уголовное право

Понятие международного уголовного права

Без установления уголовной ответственности физических лиц непосредственно на основе международного права невозможно обеспечить международный правопорядок. В ходе Нюрнбергского процесса подчеркивалось, что преступления против международного права совершаются физическими лицами. Таким образом, речь идет о важном шаге в развитии механизма функционирования международного права и о его значительной зрелости.

В научной литературе встречаются концепции МУП, согласно которым оно включает не только международные нормы, но и соответствующие нормы внутреннего уголовного права. Распространенность таких концепций объясняется тесной связью международного и внутреннего уголовного права. Подобный конгломерат норм различной правовой природы невозможен. Однако в учебном процессе совместное изложение того и другого является вполне оправданным.

Для рабовладельческих государств наибольшую опасность представляли восстания рабов. Поэтому они заключали договоры о взаимном содействии в подавлении этих восстаний. В договоре египетского фараона Рамсеса II с царем хеттов Хаттушилем III (1926 г. до н.э.) говорилось: «Если Рамсес разгневается на своих рабов, когда они учинят восстание, и пойдет усмирять их, то заодно с ним должен действовать и царь хеттов».

Со времен римского права пираты рассматривались как враги всего человеческого рода (hostis humanis generis). Венский конгресс 1815 г. положил начало признанию преступности работорговли.

Одним из первых концепцию сформулировал профессор Санкт-Петербургского университета Ф.Ф. Мартенс. Он писал, что МУП «заключает в себе совокупность юридических норм, определяющих условия международной судебной помощи государств друг другу при осуществлении ими своей карательной власти в области международного общения». Как видим, понятие МУП было весьма ограниченным.

Начало формированию МУП было положено принятием после Второй мировой войны уставов международных военных трибуналов (Нюрнбергского и Токийского). Уставы предусмотрели прямую ответственность физических лиц по международному праву за наиболее тяжкие преступления, на их основе были учреждены международные уголовные суды, реализовавшие эту ответственность.

В последующие годы были заключены десятки многосторонних конвенций о борьбе с преступлениями, затрагивающими интересы международного сообщества в целом. В 1993 и 1994 гг. Совет Безопасности ООН учредил международные уголовные трибуналы для бывшей Югославии и Руанды. В 1998 г. был принят Римский статут Международного уголовного суда.

В становлении МУП важную роль сыграли СССР и отечественная наука. Сама идея создания международного трибунала была выдвинута СССР в 1942 г. Американский профессор Дж. Гинзбург пишет, что именно СССР внес наиболее существенные новеллы в Устав Нюрнбергского трибунала, в частности ответственность индивидов за ведение агрессивной войны. Другой американский профессор, Дж. Квигли, касаясь МУП, отмечает, что «во многих важных областях внутреннего и международного права советское юридическое мышление оказало влияние на Запад». Вклад отечественных ученых в развитие международного уголовного права, безусловно, весьма ощутим.

Организованная преступность сумела использовать в своих интересах не только экономическую, но также и политико-правовую систему современного общества. Она постоянно совершенствует свои формы и методы, ставит себе на службу новейшие достижения науки и техники, а также высококвалифицированные кадры. Характерной чертой организованной преступности является широкое использование международных связей.

В докладе Генерального секретаря ООН К. Аннана о реформе ООН говорится: «Доступ нелегальных групп к высоким информационным технологиям и оружию, а также к различным институтам, при помощи которых функционирует глобальная рыночная экономика, значительно увеличили потенциал могущества и влияния этих групп, создавая угрозу праву и порядку, а также законным экономическим и политическим институтам».

Борьба с организованной преступностью требует все более активного сотрудничества государств. Этой проблеме растущее внимание уделяет ООН. В 1994 г. впервые в истории в Неаполе была созвана конференция на высшем уровне, которая приняла Глобальный план действий против организованной транснациональной преступности.

Значительная роль МУП в рамках сотрудничества в борьбе с организованной преступностью ставит перед отраслью исключительно сложные задачи. Этим предопределяется интенсивность развития и рост значения этого права.

Система международного уголовного права

Система МУП обладает характерными чертами международного права и вместе с тем определенной спецификой отрасли. Она формировалась при значительном влиянии внутреннего уголовного права и потому имеет немало общего с последним.

Система этой новой отрасли находится в процессе становления. Поэтому сегодня МУП объединяет нормы, относящиеся не только к уголовному, но и к уголовно-процессуальному праву, а также к судоустройству.

Общая часть международного уголовного права

Источники

Первостепенная роль принадлежит договорам. При их помощи принимаются нормы, устанавливающие составы преступлений и регулирующие сотрудничество государств в области осуществления уголовного правосудия, учреждаются международные уголовные суды. Для МУП особенно важно то, что договор четко, в письменной форме устанавливает соответствующие нормы. Вместе с тем договор как источник имеет и свои недостатки. Главный из них состоит в том, что он обязывает только участвующие в нем государства, а между тем большинство многосторонних договоров собирает сравнительно небольшое число ратификаций.

В отличие от договора обычай создается международным сообществом в целом, т.е. достаточно представительным большинством государств, и становится общеобязательным, не распространяясь лишь на тех субъектов, которые заявили о его непризнании.

Выход из положения был найден в результате взаимодействия договора и резолюций организаций с обычаем. Положения договора или резолюции формулируются таким образом, чтобы они могли быть приемлемы для всех государств, т.е. иметь общее применение. В результате молчаливого признания государствами эти нормы становятся обычными нормами общего международного права. Выраженные в четкой форме, они довольно быстро обретают общеобязательную силу.

В качестве примера можно привести Женевские конвенции о защите жертв войны 1949 г., положения которых стали общеобязательными нормами международного права.

Уникальным источником МУП являются принятые Советом Безопасности ООН уставы международных уголовных трибуналов для бывшей Югославии и Руанды. Несмотря на то что принятие подобных международно-правовых актов едва ли вытекает из Устава ООН, тем не менее их молчаливое признание государствами можно рассматривать как легализацию.

Особого внимания заслуживает вопрос об общих принципах права как источнике МУП. Как известно, Статут Международного суда ООН установил, что наряду с конвенциями и обычаями Суд применяет «общие принципы права, признанные цивилизованными нациями» (п. 1 ст. 38). Доминирующее мнение состоит, пожалуй, в том, что под ними следует понимать принципы, присущие не только правовым системам государств, но и международному праву. Думается, что роль общих принципов права в МУП правильно определена в Статуте Международного уголовного суда. В ст. 21 «Применимое право» говорится, что Суд применяет свой Статут, договоры, принципы и нормы международного права. «Если это невозможно, Суд применяет общие принципы права, взятые им из национальных законов правовых систем мира. при условии, что эти принципы не являются несовместимыми с настоящим Статутом и с международным правом и международно признанными нормами и стандартами». Иначе говоря, общие принципы права понимаются в данном случае как присущие только национальным правовым системам. Они могут служить вспомогательным источником, если международное право не содержит соответствующих норм.

В приведенном выше положении из Статута Международного уголовного суда говорится о международно признанных стандартах. Под ними понимаются стандарты уголовного правосудия, которых международное сообщество считает необходимым придерживаться. Первостепенную роль в формировании таких стандартов играют резолюции Генеральной Ассамблеи ООН.

Об объеме этой деятельности можно судить по сборнику «Собрание стандартов и форм Организации Объединенных Наций в области предотвращения преступности и уголовного правосудия». Сборник регулярно обновляется и дополняется. Он содержит акты ООН, которые устанавливают новые стандарты, определяют направления сотрудничества, содержат модельные договоры в области предотвращения преступности и уголовного правосудия.

Все эти акты не обладают юридической силой и относятся к категории «мягкого права». Однако, поскольку в них отражен международный опыт, государства используют их в своей договорной практике, учитывают при совершенствовании своего уголовного права и процесса, а также в правоприменительной практике. В результате стандартам принадлежит важная роль в функционировании международного и национального уголовного права. В этом одна из особенностей МУП.

Взаимодействие международного и внутреннего уголовного права

МУП в основном регулирует межгосударственное сотрудничество в борьбе с преступностью. Непосредственно правосудие осуществляется государствами. Удельный вес деятельности международных трибуналов невелик.

Международное уголовное право осуществляется главным образом опосредованно, т.е. через национальные уголовно-правовые системы. МУП исходит из того, что каждое государство обеспечивает его применение и сотрудничает в преследовании и наказании преступников. Следует также учитывать, что государства всегда особенно тщательно оберегали свою монополию на карательные функции. Всем этим и определяется специфика взаимодействия международного и внутреннего уголовного права. От этого взаимодействия все в большей мере зависит эффективность как первого, так и второго.

МУП принадлежит главная роль в интернационализации уголовного права государств, которая означает наращивание числа общих элементов в уголовно-правовых и процессуальных системах государств, рост их способности взаимодействовать друг с другом, а также с международным правом. В результате растет количество общих принципов права, которые являются нормами как внутреннего, так и международного уголовного права.

Интернационализация проявляется и в расширении международных задач внутреннего уголовного права вплоть до защиты общечеловеческих интересов.

В качестве одной из своих задач УК РФ указывает «обеспечение мира и безопасности человечества» (ч. 1 ст. 2). Более того, в этот Кодекс включен специальный раздел «Преступление против мира и безопасности человечества». Тем самым сделан важный шаг на пути углубления взаимодействия международного и внутреннего уголовного права.

Было бы вместе с тем неверно переоценивать успехи интернационализации, прежде всего в области взаимодействия международного и внутреннего уголовного права. Уголовный кодекс РФ основывается на «общепризнанных принципах и нормах международного права» (ч. 2 ст. 1). Вместе с тем данный Кодекс не воспроизводит положение Конституции РФ о приоритете договоров. Более того, в нем говорится, что «преступность деяния, а также его наказуемость и иные уголовно-правовые последствия определяются только настоящим Кодексом» (ч. 1 ст. 3). Это значит, что к уголовному праву упомянутое положение Конституции РФ неприменимо.

Другой пример. Преступление «Применение запрещенных средств и методов ведения войны» (ст. 356 УК РФ). Перечень и определение такого рода средств и методов устанавливается международным правом. Заключение договора, расширяющего перечень, автоматически влияет на содержание нормы УК РФ без внесения в него изменений.

При применении норм уголовного и уголовно-процессуального права должны приниматься во внимание нормы международного права. Так, УК РФ содержит следующую формулировку принципа non bis in idem: «Никто не может нести уголовную ответственность дважды за одно и то же преступление» (ч. 2 ст. 6). Это положение должно толковаться с учетом Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 г., не допускающего повторного привлечения к суду и в случае оправдания (п. 7 ст. 14). Сказанное было подтверждено Конституционным Судом РФ.

Наиболее консервативную позицию в отношении углубления взаимодействия международного и внутреннего права занимают США. Они строго придерживаются точки зрения, согласно которой применению подлежит лишь внутреннее уголовное право. Касающиеся его договоры считаются абсолютно несамоисполнимыми.

В 1996 г. Конгрессом США была принята поправка к Закону о военных преступлениях. Поправка отнесла к таким преступлениям нарушения, предусмотренные ст. 3 Женевских конвенций о защите жертв войны. Однако эти нарушения понимаются так, как они определены Законом о военных преступлениях, а не международным правом.

Законодательство европейских государств предусматривает более активное взаимодействие с МУП.

В испанском Законе о судебной власти 1985 г. говорится, что юрисдикции судов Испании могут, в частности, подлежать и деяния, совершенные кем бы то ни было и где бы то ни было, если таковые деяния могут быть квалифицированы в соответствии с испанским уголовным правом как правонарушение, подлежащее уголовному преследованию в Испании в силу международных договоров и конвенций (ч. 4 ст. 23).

Ответственность по международному уголовному праву

Ответственность по МУП, как и по международному праву в целом, несут его субъекты, т.е. государства и международные организации. Как уже говорилось, ответственность эта является не уголовно-правовой и не гражданско-правовой, а международно-правовой.

Уголовно-правовую ответственность несут физические лица. К ней можно привлекать непосредственно на основе норм международного права. За преступления против мира и безопасности человечества физические лица могут быть привлечены к ответственности международным трибуналом или судом государства.

Что же касается других преступлений, предусмотренных международными конвенциями, то за их совершение физические лица несут ответственность по внутреннему уголовному праву. На государстве лежит обязанность обеспечить реализацию такой ответственности. В случае нарушения этой обязанности возникает международно-правовая ответственность государства.

Уголовная юрисдикция

Такая юрисдикция называется полной. Она включает предписывающую юрисдикцию и юрисдикцию принуждения. Первая означает, что государство может предписывать обязательные правила поведения, но ограничено в использовании средств обеспечения их соблюдения. Юрисдикция принуждения означает власть государства принуждать к соблюдению права и актов его применения.

Вопросы уголовной юрисдикции решаются законодательством государства в соответствии с международным правом. Общее правило состоит в том, что государство осуществляет полную юрисдикцию в пределах своей территории и ограниченную в пределах специальной экономической зоны моря и континентального шельфа, а также в отношении своих граждан за рубежом.

Юрисдикция, осуществляемая в пределах государственной территории, именуется территориальной. В ее основе лежит территориальный принцип. Юрисдикция, осуществляемая за пределами территории, называется экстратерриториальной. В ее основе лежит персональный принцип, в силу которого государство вправе обязать своих граждан за рубежом соблюдать свои законы, но не может применять меры принуждения. Персональный принцип все чаще распространяется государствами и на лиц без гражданства, постоянно проживающих на их территории.

Существует также принцип защиты или безопасности, который призван обеспечить защиту существенных интересов государства и его граждан от преступных деяний, совершаемых за рубежом. В таких случаях государство вправе привлечь к уголовной ответственности любое лицо независимо от места совершения преступления, разумеется, при условии, что такое лицо окажется в сфере его полной юрисдикции. Принцип защиты получает все более широкое распространение в законодательстве и судебной практике государств.

Наконец, существует принцип универсальности, предусматривающий возможность распространения уголовной юрисдикции государства на деяния, признанные преступными международным правом, независимо от гражданства совершившего их лица и места совершения. В прошлом он охватывал лишь пиратство и работорговлю, ныне распространяет свое действие и на ряд преступлений по общему международному праву (преступления против мира и безопасности человечества).

Уголовный кодекс РФ, введенный в действие с 1 января 1997 г., отразил современные тенденции в области экстратерриториальной юрисдикции. В него включена статья «Действие уголовного закона в отношении лиц, совершивших преступление вне пределов Российской Федерации» (ст. 12). Первая часть статьи посвящена экстратерриториальному действию УК РФ в отношении российских граждан и лиц без гражданства, постоянно проживающих в России. В ней говорится, что эти лица, «совершившие преступление вне пределов Российской Федерации, подлежат уголовной ответственности по настоящему Кодексу, если совершенное ими деяние признано преступлением в государстве, на территории которого оно было совершено, и если эти лица не были осуждены в иностранном государстве».

Вызывает сомнение выражение «преступление вне пределов Российской Федерации». Оно охватывает не только территорию иностранного государства, но и международные пространства вне пределов РФ (открытое море, Антарктика и др.), а у этих пространств иной режим. Совершенные здесь преступления, как правило, рассматриваются по законам государства гражданства правонарушителя. Поэтому отмеченное выражение должно толковаться ограничительно как преступление, совершенное на территории иностранного государства.

Экстратерриториальной юрисдикции в отношении иностранцев и не проживающих постоянно в России лиц без гражданства посвящена ч. 3 той же ст. 12. Эти категории лиц, «совершившие преступление вне пределов Российской Федерации, подлежат уголовной ответственности по настоящему Кодексу в случаях, если преступление направлено против интересов Российской Федерации, и в случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации, если они не были осуждены в иностранном государстве и привлекаются к уголовной ответственности на территории Российской Федерации».

Здесь мы имеем дело с двумя различными случаями. В первом из них речь идет об экстратерриториальном действии уголовного закона на основании внутреннего права в соответствии с принципом защиты. Во втором случае речь идет об определении уголовной юрисдикции государства международным договором о применении закона на основе договора и в соответствии с его условиями.

В первом случае с учетом международной практики выражение «против интересов Российской Федерации» следует толковать расширительно. Оно должно пониматься как охватывающее не только собственно интересы государства, но также и важные интересы его физических и юридических лиц.

При сопоставлении ч. ч. 1 и 3 ст. 12 УК РФ просматривается некоторая нелогичность. Иностранец, совершивший в другом государстве преступление против интересов России, подлежит уголовной ответственности по УК РФ независимо от того, квалифицируется ли оно как преступление в месте совершения. Совершившие преступление в другом государстве граждане России могут быть привлечены к ответственности по УК РФ лишь при условии, если совершенное ими деяние признано преступлением в государстве, на территории которого оно было совершено.

В результате граждане России оказываются в привилегированном положении при совершении преступлений против интересов России, что едва ли может быть оправдано. Думается, что основанная на принципе защиты юрисдикция не должна исключать граждан России и постоянно проживающих в ней лиц без гражданства.

Представим себе ситуацию: гражданин России разгласил государственную тайну, находясь на территории иностранного государства, по законам которого это деяние не является преступным. Тем не менее едва ли можно сомневаться в том, что по возвращении в Россию он будет привлечен к уголовной ответственности по ст. 283 УК РФ «Разглашение государственной тайны».

Еще один случай экстратерриториального действия уголовного закона предусмотрен УК РФ в отношении военнослужащих воинских частей России, дислоцирующихся за ее пределами. За преступления, совершенные на территории иностранного государства, они несут ответственность по УК РФ, если иное не предусмотрено международным договором РФ (ч. 2 ст. 12). Речь идет не о военнослужащих за рубежом вообще, а о военнослужащих воинских частей, «дислоцирующихся» за пределами России, т.е. находящихся там на более или менее постоянной основе. В статье обоснованно предусмотрена возможность того, что иное может быть предусмотрено договором. Договоры о пребывании иностранных вооруженных сил, как правило, ограничивают уголовную юрисдикцию государства, которому принадлежат эти силы.

Соглашение о правовом статусе пограничных войск РФ, находящихся на территории Республики Таджикистан, 1993 г. предусматривает, что в случае совершения преступления лицами, входящими в состав погранвойск России, или членами их семей на территории Таджикистана применяются законы последнего. Законы России применяются ее компетентными органами в случае совершения указанными лицами преступлений против России, а также против лиц, входящих в состав погранвойск, или членов их семей. Уголовная юрисдикция осуществляется в соответствии с законами России также в отношении преступлений, совершенных лицами из состава погранвойск при исполнении служебных обязанностей.

Особенная часть международного уголовного права

Транснациональные преступления

В результате роста организованной преступности число транснациональных преступлений быстро увеличивается. Эффективная борьба с ними возможна лишь в результате сотрудничества государств. К транснациональным преступлениям применяется право суда, который их рассматривает.

Преступления по общему международному праву

Такие преступления затрагивают интересы международного сообщества в целом. Они определяются как преступления против мира и безопасности человечества. К ним относятся агрессия, геноцид, преступления против человечности, военные преступления.

Ответственность за агрессию несут лица, наделенные соответствующими властными полномочиями. Она наступает в случае, если государство развязало агрессивную войну. В Уставе Нюрнбергского трибунала речь идет именно об агрессивной войне, а не об отдельных актах применения силы.

В международном праве отсутствует определение агрессии, пригодное для применения в МУП. Определение, содержащееся в Резолюции Генеральной Ассамблеи ООН 1974 г., не является достаточно четким для применения судом. В нем перечисляются акты агрессии, которые могут и не достигать уровня агрессивной войны.

Тем не менее данное определение агрессии не может не приниматься во внимание судом при оценке соответствующих фактов. Принципиальное значение имеет определение агрессии как применения вооруженной силы государством против суверенитета, территориальной целостности или политической независимости другого государства. Разработка необходимого определения агрессии предусмотрена Статутом Международного уголовного суда (п. 2 ст. 5).

К таким действиям отнесены: убийство членов группы, причинение серьезных телесных повреждений или умственного расстройства, умышленное создание жизненных условий, которые рассчитаны на полное или частичное физическое уничтожение группы, меры, рассчитанные на предотвращение деторождения, насильственная передача детей одной человеческой группы в другую.

Преступления против человечности являются таковыми независимо от того, совершаются ли они во время войны или в мирное время. Однако, для того чтобы быть квалифицированными как преступления против человечности, подпадающие под юрисдикцию международного уголовного суда, они должны совершаться в рамках широкомасштабного или систематического нападения на гражданских лиц.

Чтобы быть квалифицированным как международное преступление, эти деяния должны совершаться систематически или в широких масштабах. Что же касается менее масштабных нарушений гуманитарного права, то за них виновные несут ответственность по внутреннему праву государства.

Военными преступлениями являются деяния, совершаемые не только в период межгосударственного вооруженного конфликта, то и в ходе вооруженного конфликта немеждународного характера. В последнем случае речь будет идти о серьезном нарушении норм международного гуманитарного права, относящемся к конфликтам немеждународного характера.

Военным преступлением является, в частности, умышленное нанесение ударов по персоналу, объектам, материалам, подразделениям или транспортным средствам, задействованным в оказании гуманитарной помощи или в миссии по поддержанию мира в соответствии с Уставом ООН.

Уголовный кодекс РФ содержит специальный раздел «Преступления против мира и безопасности человечества». Он охватывает перечисленные виды преступлений по международному праву. С учетом положений проекта Кодекса преступлений против мира и безопасности человечества, подготовленного Комиссией международного права, в УК РФ были дополнительно включены статьи «Экоцид» и «Наемничество».

Конвенционные преступления

Зачастую конвенции содержат постановления, обязывающие государства в соответствии с международным и внутренним правом принимать все практически осуществимые меры с целью предотвращения соответствующих преступлений.

В случае с преступлениями по общему международному праву международный уголовный суд выносит приговор непосредственно на основе международного права. Суды государств могут это делать на основе как международного, так и внутреннего права. В случае конвенционного преступления приговор выносится судом государства на основе внутреннего права.

Количество конвенций, определяющих состав преступлений, велико. Наиболее важные из них приведены в приложении к проекту устава Международного уголовного суда, принятому Комиссией международного права. Это конвенции о незаконном обороте наркотиков, пытках, об апартеиде и др. Но основную массу составляют конвенции, которые можно охарактеризовать как антитеррористические.

Помимо уже упоминавшихся существуют такие конвенционные преступления, как торговля рабами и обращение в рабство; торговля людьми и эксплуатация проституции третьими лицами; изготовление и сбыт порнографических изданий; подделка денежных знаков; незаконная торговля наркотиками; незаконные ввоз, вывоз и передача права собственности на культурные ценности.

На региональном уровне устанавливаются и другие такого рода преступления. Так, в связи с широким распространением взяточничества при заключении контрактов в 1996 г. страны Латинской Америки подписали конвенцию о сотрудничестве в искоренении грязного правительственного бизнеса.

Международный терроризм

Ни правовые, ни организационные международные средства оказались не готовы встретить новую угрозу. Значительная ответственность за это лежит на США, которые отказались принять участие в антитеррористических конвенциях, принятых под эгидой ООН, да и в целом игнорировали деятельность этой Организации в области борьбы с терроризмом. Протрезвление наступило лишь после террористических актов в Нью-Йорке и Вашингтоне. Уже через неделю, 19 сентября 2001 г., было принято Заявление глав государств и правительств «восьмерки». В отношении конвенций ООН в нем говорилось: «Реагируя на жестокие события 11 сентября, мы призываем все страны предпринять шаги, чтобы как можно скорее ратифицировать эти документы и незамедлительно начать применять положения данных конвенций, в том числе еще до их ратификации».

Совет Безопасности ООН принял решение о санкциях в отношении движения талибов в связи с поддержкой им международного терроризма. Решение 1373 от 28 сентября 2001 г. обязало государство принять следующие меры: обеспечить запрет финансирования террористических организаций, положить конец деятельности по вербовке террористов и их вооружению, добиться скорейшего присоединения всех государств к международным конвенциям по борьбе с терроризмом и обеспечить их полное осуществление. Учрежден специальный орган для контроля за выполнением решения.

В рамках ООН разрабатывается всеобъемлющая конвенция о борьбе с терроризмом, учитывающая существующие конвенции и соответствующие резолюции Генеральной Ассамблеи.

Согласно последним являются уголовно наказуемыми, преступными любые действия, методы и практика терроризма, где бы и кем бы они ни совершались. Речь идет о преступных действиях, предназначенных для порождения страха у населения в целом, у группы лиц или у конкретных людей в политических целях. Никакие соображения политического, философского, идеологического, расового, этнического, религиозного или иного характера не оправдывают такого рода действия.

Из этого следует, что борьба с терроризмом должна осуществляться по двум направлениям:

1) против негосударственной сетевой структуры с использованием в основном уголовно-правовых средств;

2) против содействующих терроризму государств с использованием международно-правовых средств.

Таким образом, в принципе борьба с международным терроризмом должна вестись уголовно-правовыми методами в соответствии с международными конвенциями. Ответственность несут физические лица. В том случае, если террористические действия поддерживаются государством, оно несет за это международно-правовую ответственность и к нему применимы контрмеры, а в случае необходимости и санкции по решению Совета Безопасности ООН. В упомянутой Резолюции 1373 Совет признал право государства на самооборону в случае террористической атаки соответствующего масштаба. Ныне предстоит разработка достаточно четких норм, регулирующих осуществление этого права.

Поведение вооруженных формирований, утвердившихся на части территории государства и неподконтрольных ему, не рассматривается как деяние этого государства, и оно не несет за их действия ответственности. В случае совершения этими формированиями террористического акта против иностранного государства последнее вправе применить вооруженную силу в порядке самообороны, поставив в известность Совет Безопасности.

Первостепенное значение имеет порядок наказания террористов. Привлечение того же Бен Ладена и его сообщников к ответственности перед Международным уголовным судом имело бы совершенно иной эффект, чем просто акт возмездия. Но США выбрали именно последний вариант, учредив специальные военные трибуналы. Между тем международный судебный процесс позволил бы авторитетно продемонстрировать преступность терроризма, его несовместимость с основами любой человеческой морали, включая догматы ислама.

Международные уголовные суды

В 1937 г. Лига Наций приняла Конвенцию о предупреждении терроризма и наказании за него, которая содержала устав международного уголовного трибунала. Лишь одна страна, Индия, ратифицировала Конвенцию. В последующие годы был принят ряд конвенций с целью борьбы против международных преступлений. Но единственной конвенцией, указавшей на возможность рассмотрения определенного ею преступления международным судом, стала Конвенция о геноциде 1948 г., принятая по горячим следам войны и приговоров военных трибуналов.

Нюрнбергский и Токийский международные военные трибуналы

Беспрецедентные массовые преступления, свершенные во время Второй мировой войны, вызвали столь сильную реакцию у широких слоев населения, что создание международных уголовных судов для наказания виновных стало неизбежным. В 1945 г. СССР, США, Великобритания и Франция заключили Соглашение, к которому был приложен Устав Международного военного трибунала для суда над главными военными преступниками европейских стран оси (Германии и ее союзников). К Соглашению присоединились еще 19 государств.

Международный военный трибунал для Дальнего Востока учрежден Соглашением 1946 г. с участием СССР, США, Великобритании, Китая, Франции, Австралии, Канады, Новой Зеландии, Нидерландов, Индии и Филиппин. Из представителей этих стран и был сформирован трибунал.

С позиций международного права того времени уставы трибуналов не были безупречными. В общем, это были суды победителей над побежденными. Но если вернуться в то время и вспомнить британское предложение учинить внесудебную расправу над руководителями побежденных государств, то учреждение трибуналов представится весьма гуманным и отвечающим духу международного права актом, не говоря уже о влиянии уставов на прогрессивное развитие международного права.

Думается, что нам достаточно остановиться на одном из трибуналов в силу их принципиального единства. Нюрнбергский трибунал состоит из четырех членов и четырех их заместителей, которые назначались каждой из подписавших Соглашение сторон (СССР, США, Великобритания, Франция). В случае болезни члена его место занимал заместитель, что обеспечивало непрерывность процесса. К юрисдикции трибунала относились преступления против мира, военные преступления и преступления против человечности.

Согласно Уставу Суда должностное положение подсудимых в качестве глав государств или ответственных чиновников не могло служить основанием для освобождения от ответственности, не давало им иммунитета. Совершение преступления по приказу начальника не освобождало их от ответственности, не могло служить смягчающим вину обстоятельством. Предусматривалась возможность заочного рассмотрения дел (заочно было рассмотрено дело Бормана). Обвиняемым предоставлялись все права на защиту.

Особо отметим положение о возможности признания трибуналом группы или организации преступной организацией. На этом основании власти каждого из участников вправе привлекать к национальному суду за принадлежность к такой организации.

Международные уголовные трибуналы для Югославии и Руанды

Совет обосновал решения ссылками на гл. VII Устава ООН, в которой речь идет о его полномочиях в случае угрозы миру и актов агрессии. Однако все его полномочия относятся к государствам, а не к индивидам. Поскольку никто не может передать прав больше, чем сам имеет, то учреждение трибуналов основывалось на широком толковании Устава. Наиболее убедительное обоснование из числа выдвинутых Генеральным секретарем ООН состоит, пожалуй, в том, что иного пути не было. Нормальный путь, путь заключения договора, потребовал бы значительного времени для его разработки, ратификации. В результате трибуналы утратили бы смысл. В юридическом плане существенное значение имела легитимация действий Совета в результате их молчаливого признания членами ООН.

Устав трибунала для Югославии установил юрисдикцию в отношении «серьезных нарушений международного гуманитарного права». К ним отнесены нарушения общепризнанных норм о защите жертв войны, как они отражены в Женевских конвенциях 1949 г. (право Женевы), а также правил ведения войны, как они отражены в Гаагских конвенциях 1907 г. и приложениях к ним (право Гааги), а также геноцид и преступления против человечности.

Поскольку трибунал для Руанды предназначен для суда над преступлениями, совершенными в конфликте немеждународного характера, то применимое международное гуманитарное право имеет несколько иной объем. В Уставе речь идет о преступлениях против человечности, а также о нормах, относящихся к конфликтам немеждународного характера, как они воплощены в Женевских конвенциях 1949 г. (ст. 3) и во втором Дополнительном протоколе к ним 1977 г. На первое же место поставлен геноцид.

Подтверждено, что официальное положение обвиняемого, будь то глава государства или правительства, не освобождает его от уголовной ответственности. Более того, они несут ответственность и за то, что не предотвратили совершение преступлений своими подчиненными. Это новое положение международного уголовного права.

Учреждение международных трибуналов, отмечалось в уставах, не должно препятствовать деятельности национальных судов в отношении соответствующих преступлений. Трибуналы не в состоянии справиться со всей массой преступников. Поэтому деятельность национальных судов в этой области должна поощряться. Однако в случае возбуждения преследований по одному и тому же делу приоритет принадлежит международному трибуналу.

Кандидаты в судьи предлагаются государствами и по представлению Совета Безопасности избираются Генеральной Ассамблеей сроком на пять лет; они могут быть переизбраны на новый срок.

Судьи сами принимают правила процедуры, т.е., по существу, процессуальный кодекс.

Прокурор действует независимо, как самостоятельный орган трибунала. По представлению Генерального секретаря ООН он назначается Советом Безопасности на четыре года. Прокурор для Югославии является также прокурором для Руанды. Он вправе начинать расследование по собственной инициативе или на основании информации, полученной от правительств, органов ООН, межправительственных и даже неправительственных организаций. При проведении расследования государства обязаны оказывать прокурору необходимое содействие. Обвинительное заключение утверждается судебной камерой. После этого издается ордер на арест или приказ о заключении под стражу. Обвиняемому обеспечиваются права в соответствии с Международным пактом о гражданских и политических правах. Трибунал предпринимает меры для защиты пострадавших и свидетелей. Единственной мерой наказания является тюремное заключение. Может быть также принято решение о конфискации имущества и возвращении законным владельцам собственности, добытой преступным путем. Тюремное заключение отбывается в государстве, определяемом трибуналом на основе списка государств, давших на это согласие.

Функционирование международных трибуналов невозможно без активного содействия государств. По мнению Генерального секретаря ООН, решения Совета Безопасности, принятые в соответствии с гл. VII Устава ООН, обязывают все государства принимать меры для реализации этих решений. Уставы трибуналов обязывают государства оказывать помощь, включая розыск и опознание, передачу обвиняемого трибуналу. Все это требует внесения соответствующих положений в уголовное и уголовно-процессуальное право государств.

Естественно, возникает вопрос о результативности деятельности трибуналов. Уже сейчас ясно, что далеко не все виновные в совершении преступлений, особенно из числа руководителей, предстанут перед трибуналами. Следует, однако, учитывать, что вынесение приговора (заочно) тому или иному деятелю будет иметь существенные последствия. Он не сможет покидать страну, ни одно государство не вправе вступать с ним в официальные контакты и т.п. В современных условиях это уже немаловажно.

Создание и деятельность международных трибуналов являются важным шагом в развитии международного уголовного права, особенно таких его отраслей, как судоустройство и процесс.

Международный уголовный суд

Суд был учрежден как постоянный орган, обладающий юрисдикцией в отношении лиц, ответственных за самые серьезные преступления, вызывающие озабоченность международного сообщества. При этом речь идет только о тех преступлениях, которые перечислены в Статуте. Международный уголовный суд не подменяет уголовные суды государств. Его юрисдикция является восполняющей.

Свои функции Суд может осуществлять на территории любого государства-участника Статута, а на основе специального соглашения и на территории любого иного государства. Суд является самостоятельным международным органом. Он обладает международной правосубъектностью. Отношения Суда с ООН будут регулироваться его соглашением с этой организацией. Местом пребывания является Гаага.

Статут представляет весьма объемный (126 статей) и довольно сложный документ. Объясняется это рядом причин. Он содержит положения, относящиеся к материальному и процессуальному уголовному праву, судоустройству, сотрудничеству государств, обеспечивающих деятельность Суда.

Юрисдикция Суда ограничена наиболее серьезными преступлениями, затрагивающими интересы международного сообщества в целом. К таким преступлениям отнесены: геноцид, преступления против человечности, военные преступления и агрессия. Государства пошли по пути предельного ограничения круга преступлений, относящихся к юрисдикции Суда.

К юрисдикции Суда отнесены и военные преступления, совершаемые в ходе вооруженных конфликтов немеждународного характера. При этом подчеркивается, что это положение не затрагивает ответственность правительства за поддержание или восстановление права и порядка в государстве или за защиту единства и целостности государства всеми законными средствами (ч. 3 ст. 8).

Статут не содержит определения преступления агрессии. Государства оказались не в состоянии согласовать такое определение. Было решено, что Суд сможет осуществлять свою юрисдикцию в отношении такого преступления после того, как государства-участники договорятся о таком определении и в установленном порядке внесут соответствующие положения в Статут.

Становясь участником Статута, государство тем самым признает его юрисдикцию (ст. 12). Вместе с тем по настоянию некоторых западных государств, войска которых расположены на территории других государств, в Статут было включено «переходное положение» (ст. 124). Согласно этому положению государство, становясь участником Статута, может заявить, что в течение семилетнего периода после вступления Статута для него в силу оно не признает юрисдикцию Суда в отношении военных преступлений, совершенных его гражданами или на его территории.

Международный уголовный суд осуществляет свою юрисдикцию, если:

а) ситуация, при которой были совершены одно или несколько преступлений, передается прокурору государством-участником;
б) Прокурор начал расследование по собственной инициативе.

Осуществление юрисдикции в таких случаях возможно при условии, что речь идет о государствах, которые являются участниками Статута или признали его юрисдикцию и относятся к одной из следующих категорий:

а) государство, на территории которого соответствующие действия имели место;
б) государство, гражданином которого является обвиняемое лицо.

Эти требования не относятся к случаю представления ситуации прокурору Советом Безопасности в соответствии с гл. VII Устава ООН «Действия в отношении угрозы миру, нарушений мира и актов агрессии».

Суд должен признать дело не подлежащим его юрисдикции в следующих случаях:

а) дело было расследовано или возбуждено уголовное преследование государством, которое обладает в отношении него юрисдикцией. Исключение составляют случаи, когда государство не желает или не способно осуществить расследование или уголовное преследование должным образом;

б) дело было расследовано государством, и оно решило не преследовать соответствующее лицо. Исключение составляет случай, когда такое решение является результатом нежелания или неспособности государства возбудить уголовное преследование должным образом;

в) лицо было уже судимо за соответствующие действия, и повторное рассмотрение его дела недопустимо в силу принципа «нельзя судить дважды за одно и то же»;

г) преступление недостаточно тяжко, чтобы быть предметом рассмотрения в Суде (ст. 17).

Иммунитет должностных лиц, принадлежащий им в силу внутреннего или международного права, не может быть препятствием для привлечения их к уголовной ответственности. Статут подлежит применению в равной мере ко всем лицам независимо от их официального статуса, включая статус главы государства или правительства, члена правительства или парламента и др. Официальный статус не может также служить основанием для смягчения приговора.

Статут устанавливает уголовную ответственность командиров и других начальников за преступные действия лиц, находящихся под их контролем.

Совершение преступления по приказу правительства или начальника не освобождает лицо от уголовной ответственности. Однако из этого общего правила сделаны исключения, которые существенно снижают его значение.

Правило не относится к случаям:

а) если лицо было юридически обязано подчиняться приказам;
б) если лицо не знало, что приказ был незаконен;
в) если приказ не был явно незаконным.

Эти положения представляют отступление от положений Нюрнбергского трибунала, а также трибуналов для бывшей Югославии и Руанды.

Применимое право (ст. 21). Суд применяет: во-первых, свой Статут, Элементы преступлений, Правила процедуры и доказывания (последние два документа подлежат подготовке к принятию); во-вторых, где это уместно, применимые договоры, а также принципы и нормы международного права.

Второе положение требует разъяснения. Нет сомнения, что для Суда являются обязательными общепризнанные принципы и нормы международного права и он обязан ими руководствоваться. Так, при решении вопросов, связанных с юрисдикцией того или иного государства, Суд будет руководствоваться соответствующими нормами морского и воздушного права. Императивные нормы международного права стоят выше положений Статута Суда и никак не могут применяться «во-вторых». Приведенные положения Статута следует понимать таким образом, что они указывают специальные принципы и нормы, имеющие прямое отношение к деятельности Суда.

Если ни первая, ни вторая категории применимого права не дают достаточных оснований для решения дела, то могут применяться общие принципы права, выводимые Судом из национальных правовых систем мира, включая законы государств, к юрисдикции которых при обычных обстоятельствах относилось бы данное преступление. При этом упомянутые общие принципы права не должны быть несовместимы со Статутом Суда и с международным правом, а также с международно признанными нормами и стандартами. Как видим, четко установлен приоритет международных норм и стандартов.

Суд может применять принципы и нормы права, как они истолкованы в его ранее принятых решениях. Это значит, что Суд будет создавать свое прецедентное право.

Организация Суда. В состав Суда входят следующие органы: Президиум, Апелляционное отделение, Судебное отделение, Отделение предварительного производства, Канцелярия Прокурора и Секретариат.

Всего в Суде 18 судей. С момента своего избрания они должны быть готовы приступить к исполнению своих обязанностей, если в том появится необходимость. В отличие от этого судьи, образующие Президиум, с самого начала постоянно исполняют свои обязанности.

Состав Суда должен обеспечить представительство основных правовых систем мира, справедливое географическое представительство и справедливое представительство женщин и мужчин. Председатель и два вице-председателя избираются судьями сроком на три года, они образуют Президиум Суда, который осуществляет управление делами Суда.

Апелляционное отделение состоит из председателя Суда и четырех других судей. Судебное отделение и Отделение предварительного производства состоят из шести судей каждое.

Секретариат осуществляет административные функции. Секретарь избирается судьями сроком на пять лет.

Расследование и уголовное преследование. Решение о начале расследования принимается Прокурором. Палата предварительного производства по заявлению государства или в соответствующих случаях Совета Безопасности ООН может пересмотреть решение Прокурора о начале расследования или об отказе начать расследование. В Статуте изложены общепринятые стандарты в отношении прав человека в ходе расследования (ст. 55).

К функциям Палаты предварительного производства отнесено следующее:

Судебное разбирательство. Суд заседает в Гааге, но может решить провести процесс и в ином месте. Процесс ведется в присутствии обвиняемого и является открытым.

Презумпция невиновности сформулирована следующим образом: каждый считается невиновным, пока его вина не будет доказана в Суде в соответствии с применимым правом. Бремя доказывания вины лежит на Прокуроре (ст. 66). Статут подробно излагает права обвиняемого в соответствии с международными стандартами (ст. 67). Определен порядок предоставления и оценки доказательств. При этом доказательства, добытые в нарушение Статута или международно признанных прав человека, не признаются. Статут определяет юрисдикцию Суда в отношении преступлений против отправления правосудия.

Суд должен определить принципы, относящиеся к возмещению ущерба потерпевшим. Государства-участники обязаны обеспечить осуществление решений Суда о возмещении ущерба. В целях компенсации потерпевшим или их семьям Ассамблея государств-участников учреждает Целевой фонд.

Суд может назначить одно из следующих наказаний:

а) лишение свободы до 30 лет или
б) пожизненное заключение в случае особо тяжких преступлений и с учетом личности осужденного.

Дополнительно может быть принято решение о наложении штрафа.

Обжалование и пересмотр. Решение Судебной палаты об оправдании или суждении может быть обжаловано в Апелляционной палате Прокурором по следующим основаниям: процессуальная ошибка, ошибка в факте, ошибка в праве. По тем же основаниям решение может быть обжаловано лицом, признанным виновным, или Прокурором от его имени. В последнем случае основанием может служить также все, что влияет на справедливость или обоснованность процесса или решения.

При передаче лица Суду соблюдается принцип специализации: переданное Суду лицо не может преследоваться за поведение, имевшее место до передачи, иное, чем то, за которое оно было передано. Вместе с тем предусмотрено право Суда предложить передавшему лицо государству отказаться от приведенного положения (ст. 101).

Исполнение. Наказание в виде лишения свободы отбывается в государстве, определенном Судом из списка государств, выразивших готовность принимать осужденных. Суд осуществляет контроль за тем, чтобы содержание осужденных отвечало международным договорным стандартам.

После отбывания заключения лицо, которое не является гражданином государства, в котором оно отбывало заключение, может быть передано государству, которое обязано его принять, или государству, согласившемуся его принять. При этом учитывается желание лица (ст. 108).

Только Суд вправе сократить срок наказания. По отбытии лицом двух третей определенного приговором срока или 25 лет в случае пожизненного заключения Суд рассматривает вопрос о сокращении срока наказания (ч. 3 ст. 110).

Заключительная часть Статута. Статут вступает в силу в первый день месяца после истечения 60 дней с даты сдачи на хранение 60-го акта о ратификации, принятии или присоединении Генеральному секретарю ООН.

Для наблюдения за административной деятельностью Президиума, Прокурора и Секретаря, а также для решения иных вопросов учреждается Ассамблея государств-участников. Она не может касаться судебной деятельности. Каждое государство-участник представлено в Ассамблее одним представителем.

Расходы Суда и Ассамблеи государств-участников оплачиваются из фонда Суда. Фонд образуется за счет взносов государств-участников, средств, предоставляемых ООН, а также за счет добровольных пожертвований правительств, международных организаций, физических и юридических лиц.

Деятельность Суда призвана способствовать повышению уровня функционирования и уголовной юстиции государств, достижению ею более высоких стандартов правосудия, обеспечению «должного процесса», соблюдению прав всех участников процесса.

Международное сотрудничество в борьбе с преступностью

Международные стандарты в области борьбы с преступностью и уголовного правосудия

Рост преступности и ее интернационализация сделали борьбу с ней одной из главных социальных проблем и обусловили необходимость международного сотрудничества в деле ее решения. Регулирование взаимодействия международного и внутреннего права в этой деликатной сфере в значительной мере осуществляется при помощи более мягких средств, нежели право. Именно такими средствами и являются международные стандарты. В их разработке важная роль принадлежит Конгрессу ООН по предупреждению преступлений и обращению с правонарушителями. Принимаемые Конгрессом документы подтверждаются Генеральной Ассамблеей ООН, что придает им дополнительный авторитет. В результате сложился целый свод такого рода стандартов, охватывающий практически все аспекты рассматриваемой области.

Начало новому подходу было положено IV Конгрессом (1970 г.). Принятая им декларация содержала основы широкого, социального подхода. Указывалось на необходимость эффективных мер по координации и интенсификации деятельности по предупреждению преступности в общем контексте экономического и социального развития, которое определяется каждым государством. Профилактика преступности должна стать частью программы социально-экономического развития каждой страны. Эти положения были подтверждены Генеральной Ассамблеей в 1980 г. Ассамблея указывает на необходимость реформ уголовного права с тем, чтобы «не отставать» от развития преступности, а также от совершенствования в этих целях международного сотрудничества.

Особое внимание уделяется борьбе с организованной преступностью, которая стала серьезной угрозой миру во многих странах. Этой проблеме был посвящен VIII Конгресс (1990 г.). Он одобрил Основные направления в предупреждении и контроле за организованной преступностью. О детальности стандартов говорит уже то, что они содержатся в 24 рекомендациях, касающихся как внутренней деятельности, так и международного сотрудничества.

Речь идет о стратегии профилактики, развитии уголовного законодательства, усилении органов правопорядка. В международном плане предусмотрены разработка типового законодательства, создание международного банка данных, а также меры по усилению защиты законного финансового рынка от незаконно обретенного капитала.

Были приняты образцы типовых договоров относительно сотрудничества в борьбе с международной, или, как в них говорится, транснациональной преступностью.

Правам потерпевших лиц уделяется значительное внимание, в частности обеспечению права на реституцию и компенсацию. Второй категорией лиц в этом плане являются заключенные. В 1990 г. Генеральная Ассамблея приняла специальную Резолюцию «Основные принципы обращения с заключенными». Все заключенные сохраняют основные права и свободы человека, за исключением свободы передвижения. С ними следует обращаться с уважением, без какой-либо дискриминации.

Учитывая отрицательные моменты исключения осужденных из жизни общества, Генеральная Ассамблея в 1990 г. приняла Резолюцию о минимальных стандартных правилах ООН о мерах, не связанных с лишением свободы. Заключение следует рассматривать как крайнее средство и поощрять меры, не связанные с ним. Был одобрен типовой договор о передаче надзора за условно освобожденными. В его основу легло положение о том, что надзор за преступником в государстве его гражданства способствует лучшей социальной реинтеграции. Из сказанного видно, сколь серьезное внимание уделяется совершенствованию пенитенциарного права.

В 1958 г. Генеральная Ассамблея одобрила Основные принципы независимости суда. Независимость должна быть гарантирована конституцией и законами страны. Каждый имеет право на честный и открытый процесс в компетентном, независимом и беспристрастном суде в соответствии с принципами, провозглашенными в актах ООН. Представляют интерес критерии, которым должны отвечать судьи. Особо подчеркиваются моральные и профессиональные качества. Установлены стандарты их квалификации, отбора, подготовки, условия и сроки службы, неприкосновенность.

Были приняты также Условия о роли обвинителей, в которых подчеркивается их роль в осуществлении правосудия. Указания нацелены на обеспечение эффективности, беспристрастности и честности обвинителей. Значительное внимание уделено образованию, подбору кадров, условиям службы, отношениям с иными органами государства.

Не ушли от внимания ООН и адвокаты. Им посвящены Основные принципы относительно роли юристов, одобренные Генеральной Ассамблеей в 1990 г. Главное внимание уделено доступности правовой помощи для всех слоев общества, праву обвиняемого на выбор адвоката, просвещению населения относительно роли адвокатов в защите основных прав и свобод, подготовке и квалификации адвокатов.

Правовая помощь по уголовным делам

Основная масса договоров о правовой помощи носит двусторонний или групповой характер. Вместе с тем повышение значения сотрудничества в этой области привлекло к ним внимание и ООН. В 1990 г. Генеральная Ассамблея одобрила типовой договор о взаимной помощи по уголовным делам. Основное внимание уделено отказу от оказания помощи, содержанию и исполнению запроса, сохранению тайны, получению документов, доступу к лицам, находящимся в заключении, и к другим лицам в целях получения доказательств, предоставлению документов, обыску и задержанию.

В оказании помощи может быть отказано, в частности, если запрашиваемое государство полагает, что это нанесет ущерб его суверенитету, безопасности, общественному порядку или иным важным интересам общества; если помощь несовместима с его законами; если совершенное деяние является преступлением лишь по военному праву. Определены гарантии безопасности для лиц, предоставляющих информацию или документы. В целом типовой договор направлен на расширение взаимной помощи государств по уголовным делам.

Стала весьма актуальной проблема лиц, содержащихся в заключении за рубежом. Ей посвящено Типовое соглашение о передаче иностранных заключенных, одобренное Генеральной Ассамблеей в 1985 г. В Соглашении отмечается, что цель социальной реабилитации преступников может быть скорее достигнута, если дать им возможность отбывать наказание в своих странах.

Соглашения России о правовой помощи по уголовным делам

России достался в наследство от СССР ряд соглашений о правовой помощи. С особой остротой встала проблема правовой помощи во взаимоотношениях с ближним зарубежьем. Возникший правовой вакуум здесь был нетерпим, поскольку особенно тесные связи нуждались в регулировании, а борьба с общей преступностью требовала активного сотрудничества.

От СССР Россия унаследовала и правовой механизм регулирования правовой помощи. Его особенность состоит в отсутствии посвященного этому законодательства. В результате международные договоры являются основным источником необходимых норм, осуществляя и функции, которые должно было бы выполнять внутреннее право. Все это диктовало необходимость скорейшего заключения договоров о правовой помощи. В силу особой взаимосвязанности стран СНГ, а также близости их правовых систем оптимальный выход виделся в заключении многосторонней конвенции о правовой помощи.

Сношения по вопросам выдачи, уголовного преследования, а также исполнения следственных поручений, затрагивающих права граждан и требующих санкции прокурора, осуществляются на уровне генеральных прокуроров (ст. 80).

Объем правовой помощи определен довольно широко. Предусмотрено выполнение процессуальных и иных действий, в частности проведение обысков, изъятия, выдача вещественных доказательств, экспертиза, допрос обвиняемых, свидетелей, экспертов, возбуждение уголовного преследования, розыск и выдача лиц, совершивших преступления. Выполнению подлежат лишь действия, предусмотренные законодательством запрашиваемой стороны. Думается, что соответствующие действия должны быть предусмотрены и законодательством запрашивающей стороны.

При исполнении поручений применяется право запрашиваемой стороны. По просьбе запрашивающего учреждения могут быть применены и процессуальные нормы его государства. Здесь мы видим один из редких случаев экстратерриториального применения уголовно-процессуального права.

Важное значение имеют положения о гарантии неприкосновенности свидетелей, потерпевших, экспертов при их вызове в другую страну. Они не могут быть привлечены к уголовной или административной ответственности, взяты под стражу или подвергнуты наказанию за деяния, совершенные до пересечения границы, даже если они являются гражданами вызвавшего их государства.

Просьба об оказании помощи может быть отклонена, если ее оказание способно нанести ущерб суверенитету или безопасности запрашиваемой стороны либо противоречит ее законодательству.

Каждая сторона обязана осуществлять уголовное преследование собственных граждан, подозреваемых в совершении преступления на территории запрашивающей стороны (ст. 72). Согласно этому положению гражданин России, подозреваемый в совершении преступления в Казахстане, будет привлечен к уголовной ответственности по законам РФ. Это довольно редкий случай экстратерриториального действия уголовного права. Причем соответствующее деяние должно квалифицироваться как преступное и по законам запрашивающей стороны. Думается, что если закон запрашивающей стороны предусматривает более мягкую санкцию, чем закон запрашиваемой стороны, то это должно быть учтено судом. После вступления в силу приговора по такого рода делу запрашивающая сторона уже не может возбудить дело по тому же деянию (принцип «никто не может быть судим дважды за одно и то же»).

Следует отметить весьма неудачную формулировку ст. 76, согласно которой каждая из сторон при рассмотрении уголовных дел судами «учитывает предусмотренные законодательством Договаривающихся Сторон смягчающие и отягчающие ответственность обстоятельства независимо от того, на территории какой Договаривающейся Стороны они возникли». Очевидно, речь идет лишь о сторонах, участвующих в отношениях по правовой помощи по данному делу. Думается также, что учет отягчающих обстоятельств не вполне соответствует общим принципам права.

При обвинении одного лица или группы лиц в совершении нескольких преступлений, подсудных двум или нескольким сторонам, все они рассматриваются судом стороны, на территории которой закончено предварительное расследование, и по ее законам.

Конвенция предусматривает довольно широкий объем правовой помощи по уголовным делам. Заключаемые Россией договоры с государствами за пределами СНГ обычно предусматривают меньший объем. Так, в феврале 1996 г. вступило в силу Соглашение с Правительством США о сотрудничестве по уголовно-правовым вопросам. Объем помощи определен так: помощь оказывается в связи с расследованием, уголовным преследованием и предупреждением преступлений, да и то лишь в отношении преступлений, указанных в приложении.

Выдача

Выдача понимается как передача обвиняемого или осужденного лица государством, на территории которого оно находится, государству, в котором оно считается совершившим преступление или в котором было осуждено.

Во многих государствах выдаче посвящены специальные законы. Соответствующие вопросы регулируются множеством договоров. В России пока такого законодательства нет, и его функции выполняются договорами.

Международное право не обязывает государства к выдаче при отсутствии договора. Вместе с тем существуют обычные нормы, относящиеся к правилам выдачи. Общепризнанным является принцип двойной криминальности, в соответствии с которым выдача может иметь место только при совершении деяния, которое считается преступным по законам как выдающего, так и запрашивающего о выдаче государства.

Следующее правило состоит в том, что преследование выданного лица может иметь место только за те преступления, за которые оно было выдано. Преследование за иные деяния дает выдавшему государству право на протест. Это положение имеет важное значение, помогая избежать злоупотреблений институтом выдачи. Например, запрос о выдаче указывает в качестве основания хищение, а выданное лицо судят за политическое преступление.

Между тем общепризнанной является норма о недопустимости выдачи за преступления, совершенные по политическим мотивам. Право убежища является общепризнанной нормой как международного, так и конституционного права. Конституция РФ установила: «Российская Федерация предоставляет политическое убежище иностранным гражданам и лицам без гражданства в соответствии с общепризнанными нормами международного права». Соответственно выдача лиц, преследуемых «за политические убеждения», не допускается (ст. 63). Выделенная формулировка не из лучших, поскольку политические убеждения и политические преступления далеко не одно и то же. Однако поскольку убежище предоставляется в соответствии с международным правом, то ее следует понимать как включающую и преступления.

После убийства в 1881 г. императора Александра II Россия предложила созвать международную конференцию, которая установила бы правило о том, что никакое убийство или покушение на убийство не может рассматриваться как политическое преступление. Конференция не состоялась главным образом из-за оппозиции Великобритании и Франции. Однако идея российского предложения в какой-то мере нашла отражение в современном международном праве, которое, как мы видели, не относит к политическим преступлениям террористические акты.

Многие договоры предусматривают невыдачу военных дезертиров, а также лиц, совершивших преступление против религии. Общепризнанным является правило о том, что к выданному лицу смертная казнь не применяется.

Нередко утверждают, будто общепризнанным правилом является невыдача собственных граждан. Думается, что это не совсем так. Законы многих стран действительно содержат такую норму. Согласно Конституции России гражданин РФ не может быть выдан другому государству (ч. 1 ст. 61). Но есть государства, которые, в принципе, допускают выдачу собственных граждан (Великобритания, США, Канада).

Согласно Конституции РФ «выдача лиц, обвиняемых в совершении преступления, а также передача осужденных для отбывания наказания в других государствах осуществляются на основе федерального закона или международного договора Российской Федерации» (ч. 2 ст. 63). Поскольку такого закона пока нет, то источником норм служат договоры.

Многосторонняя конвенция о правовой помощи между странами СНГ отвела значительное место нормам о выдаче и в целом отражает общепринятые положения. Основания для выдачи определены довольно широко. Предусмотрена выдача как для уголовного преследования, так и для приведения в исполнение приговора. Закреплен принцип двойной криминальности.

В сентябре 1993 г. Генеральная прокуратура РФ получила просьбу азербайджанской стороны о выдаче бывшего Президента Азербайджана А. Муталибова. Рассмотрев ходатайство, прокуратура РФ пришла к выводу, что формулировки обвинения А. Муталибова не соответствуют законам Российской Федерации. Приведенные в нем факты не убеждали в том, что А. Муталибовым были совершены преступления, в которых он обвинялся. Постановление о выдаче не было принято.

Выдача не может иметь места (категорическая недопустимость), если речь идет о собственном гражданине, если истек срок давности, если в отношении лица по тому же делу суд запрашиваемой стороны уже вынес приговор или постановление о прекращении производства, если преступление по законам хотя бы одной из сторон преследуется в порядке частного обвинения. Ничего не говорится о таком основании отказа в выдаче, как политический характер преступления. Правда, недопустимость выдачи в таком случае вытекает из общего положения Конвенции, согласно которому просьба об оказании правовой помощи может быть отклонена, если она противоречит законам запрашиваемой стороны (ст. 19). Думается все-таки, что она не может, а должна быть отклонена. А в Конвенции следовало бы сказать о политических преступлениях и в статьях о выдаче.

В выдаче может быть отказано (усмотрение запрашиваемой стороны), если преступление совершено на территории запрашиваемой стороны.

По получении просьбы о выдаче запрашиваемая сторона обязана взять под стражу соответствующее лицо. По просьбе запрашивающей стороны лицо может быть взято под стражу и до получения просьбы о выдаче. Наконец, лицо может быть задержано и без всякой просьбы, если есть основания подозревать, что оно совершило преступление на территории другой стороны (ст. 61).

Если просьба о выдаче лица поступила от нескольких сторон, то запрашиваемое государство решает вопрос о том, кому выдать это лицо, по своему усмотрению.

В соответствии с общепринятым правилом привлечение к уголовной ответственности допустимо лишь за то преступление, за которое лицо было выдано. Без согласия выдавшей стороны лицо не может быть выдано третьему государству (ст. 66). О результатах производства по уголовному делу сообщается выдавшей стороне.

Как видим, Конвенция содержит более или менее подробные постановления о выдаче. Однако они не настолько детальны, чтобы заменить соответствующее законодательство. Так, Конвенция не содержит общепринятого правила о том, что выданное лицо не может быть приговорено к смертной казни.

В практике Генеральной прокуратуры РФ это правило применяется. Бывший министр обороны Азербайджана Р. Газиев был заочно приговорен азербайджанским судом к высшей мере наказания. В сентябре 1993 г. Генеральная прокуратура РФ получила ходатайство прокуратуры Азербайджана о выдаче Р. Газиева, обвиняемого в совершении воинского преступления и хищении государственного имущества в особо крупных размерах. Ссылаясь на рассмотренную нами Конвенцию и на Договор о правовой помощи с Азербайджаном 1992 г., Генеральная прокуратура РФ приняла решение о выдаче Р. Газиева. При этом было учтено заявление Генерального прокурора Азербайджана о том, что к Р. Газиеву смертная казнь не будет применена.

Дела А. Муталибова и Р. Газиева показывают, как отсутствие детального закона порождает международные и внутренние осложнения, демонстрируют сложность вопросов, связанных с преступлениями двойственного характера, в которых переплетаются политические аспекты с общеуголовными.

Указанные лица нашли убежище в России в бытовом смысле, но юридически его не оформили и, следовательно, соответствующим статусом не обладали. В ст. 14 Всеобщей декларации говорится о праве человека искать убежище, но при этом подчеркивается, что «это право не может быть использовано в случае преследования, в действительности основанного на совершении неполитического преступления или деяния, противоречащего целям и принципам» ООН. Здесь мы сталкиваемся с уже отмечавшейся сложной проблемой «относительно политического преступления». В деле Р. Газиева имеют место как общеуголовные, так и политические элементы. В деле А. Муталибова, пожалуй, преобладают элементы политические.

Для решения такого рода вопросов необходима соответствующая практика, в процессе которой будут складываться детальные нормы. Надо полагать, что такая практика будет довольно обширной. При этом важно, чтобы она опиралась на общепризнанные нормы международного права.

Следующий вопрос: распространяется ли иммунитет, которым пользуются высшие должностные лица государства (главы государств и правительств, министры, депутаты парламента), и на юрисдикцию иностранных судов? В нашей стране вопрос о выдаче таких лиц не может возникнуть уже в силу того, что они являются гражданами России. Международной практике известны случаи требования о выдаче высших должностных лиц других государств за совершение общеуголовных преступлений, например требование США о выдаче панамского военного руководителя генерала Норьеги, обвинявшегося в торговле наркотиками. Но это исключительный случай.

Иначе стоит вопрос, когда такие лица оказываются в сфере юрисдикции иностранного суда.

В 1996 г. прокуратура ФРГ выдала ордер на арест министра разведки Ирана, подозреваемого в причастности к убийству руководителей курдской оппозиции на германской территории. В соответствии с ордером в случае, если министр окажется в сфере юрисдикции судов ФРГ, он будет привлечен к ответственности.

В 1999 г. высшая судебная инстанция Великобритании решила, что находящийся в стране бывший диктатор Чили Пиночет, обвиняемый в совершении преступлений против человечности, не обладает иммунитетом и может быть выдан для суда другому государству.

В представленном суду документе говорилось: «Соединенные Штаты заинтересованы в деле Президента Аристида и озабочены им, поскольку затронут вопрос об иммунитете от судебной юрисдикции главы государства дружественной страны. Заинтересованность Соединенных Штатов порождена позицией исполнительной власти Соединенных Штатов при осуществлении своей внешней политики и поддержании внешних сношений, согласно которой разрешение продолжения дела против Президента Аристида было бы несовместимо с внешнеполитическими интересами Соединенных Штатов». Суд согласился с мнением госдепартамента и прекратил дело. В обоснование он сослался на то, что, несмотря на двухгодичное проживание в изгнании, Аристид продолжает признаваться Президентом Гаити Соединенными Штатами, которые одновременно не признают военное правительство, захватившее власть в Гаити в результате переворота. В отсутствие такого признания Аристид не мог рассчитывать на иммунитет. Как известно, бывший Президент Азербайджана А. Муталибов считал себя законным президентом. Однако Россия признала другого президента.

Последний вопрос: имеет ли значение для суда, каким путем было подчинено его юрисдикции подозреваемое лицо?

В 1991 г. бывший руководитель рижского ОМОНА гражданин СССР С. Парфенов был захвачен представителями латвийского МВД (не без помощи МВД РСФСР) на территории РСФСР и насильственно вывезен в Латвию. Под давлением средств массовой информации прокуратура СССР признала арест и вывоз с территории РСФСР гражданина СССР грубым нарушением суверенитета СССР и РСФСР. Напомню, что событие произошло после признания независимости Латвии Россией и СССР.

Позиция прокуратуры обоснованна с точки зрения не только международного права, но и судебной практики государств. Случаи суда над лицами, незаконно вывезенными из страны пребывания, известны. Но они немногочисленны и всегда сопровождались протестами со стороны заинтересованных государств. Такие случаи имели место в судебной практике гитлеровской Германии. Изредка они встречались и в практике других стран.

В 1949 г. Суд Королевской скамьи в Великобритании в решении по делу Элиота занял позицию, согласно которой незаконный арест в Бельгии не исключает юрисдикцию британского суда. В 1962 г. суд Израиля вынес смертный приговор гитлеровскому палачу Эйхману, похищенному в Аргентине.

Последним в ряду таких дел было дело мексиканского врача А. Мачейна, похищенного в 1990 г. из своей страны агентами американской администрации. Верховный суд США в решении по этому делу 1992 г. подтвердил свою прежнюю позицию.

Интерпол

Целями Интерпола являются:

а) обеспечение широкого взаимодействия всех органов уголовной полиции в рамках внутреннего законодательства и в духе Всеобщей декларации прав человека;
б) создание и развитие учреждений, которые могут способствовать предупреждению уголовной (в отличие от политической) преступности и борьбе с ней.

При этом подчеркивается, что речь идет прежде всего о международной преступности. Здесь мы сталкиваемся со специфическим понятием международного преступления. Оно не включает такие преступления, как преступления против мира, военные преступления, преступления против человечности. Речь идет лишь об общеуголовных преступлениях, включая и некоторые конвенционные.

Принципами Интерпола являются уважение законодательства государств и международного права, недопустимость вмешательства в деятельность политического, военного, религиозного или расового характера.

Главными органами являются Генеральная Ассамблея, Исполнительный комитет и Генеральный секретариат. В своей деятельности Интерпол опирается на Национальные центральные бюро (НЦБ), создаваемые в участвующих странах.

Интерпол собирает и систематизирует уголовно-розыскную и иную криминалистическую информацию; участвует в международном розыске; снабжает информацией национальные полицейские службы. Основные направления деятельности:

Информационная деятельность Интерпола включает рассылку розыскных карт, содержащих установочные данные, описывающих внешность, содержащих фотографии, отпечатки пальцев лиц, находящихся в розыске. Рассылаются также карты-уведомления, содержащие сведения о международных преступниках, а также карты на лиц, пропавших без вести, и карты на неопознанный труп, карты похищенной собственности. Рассылается информация о новых и вызывающих особый интерес способах совершения преступлений.

НЦБ помимо связей с Генеральным секретариатом Интерпола поддерживают связи с НЦБ других стран, а также с различными учреждениями своей страны.

НЦБ направляет Генеральному секретарю Интерпола и другим НЦБ просьбы о предоставлении данных о преступлениях и преступниках, а также принимает от них аналогичные просьбы и организует их исполнение. НЦБ информирует правоохранительные органы не только Российской Федерации, но и стран СНГ о требованиях и условиях международного сотрудничества в борьбе с преступностью, о практике взаимодействия в этой области.

В нашей стране, как и в некоторых других странах, связи органов МВД с органами других стран осуществляются через НЦБ. Для регулирования таких связей Интерпол рекомендует заключение специальных соглашений. Типовое соглашение такого рода одобрено Интерполом.

Источник